Споёмте о братьях наших меньших.

[Александр]

А над Гудзоном тихо тучи проплывают,
В Нью-Йорке вечер наступает, как всегда.
Без денег вечером
Здесь делать нечего,
Здесь денег стоит даже чистая вода!
А над Нью-Йорком звезды низко опустились
И "Чайна-таун"1 узкоглазыми кишит.
Ботинки с рантиком,
А шляпа с бантиком -
Турист пожрать туда как бешеный спешит.

А в темноте "Свободу" видно даже лучше,
"Импайрент-билдинг" зажигает огоньки.
И на Бродвейчике
Свои еврейчики
Избавят быстро вас от скуки и тоски!
А по Бродвею ходят люди-ротозеи,
Они как правило при шляпе и в пенсне.
Наклончик в сторону,
Карманчик вспоротый -
И я в Атлантик-сити еду с портмоне.

Я "Гренедж-виладж" очень сильно обожаю -
Там "голубые" жизнь кайфовую ведут.
Всегда приметные,
Всю жизнь бездетные,
И на аборты эти дяди не идут!
В Центральном парке, как в садах Семирамиды,
Он просто чудо - невозможно передать!
Но только вечером
Там делать нечего,
Зайдешь туда - тебе Нью-Йорка не видать!

Здесь летом людям, даже черным, очень жарко,
И город делает себе большой стриптиз.
А наша Риточка
Прикрылась ниточкой -
И всем мужчинам предлагает: "Тейк ми, плиз!"2
А почему Нью-Йорк зимой и летом желтый?
А потому что очень много в нем такси!
А в них мясистые
Сидят таксисты, е,
По-русски ботают, кого ты не спроси.

Здесь пистолеты применяют вместо слова
И наплевали на придуманный закон.
Седые мальчики
Кусают пальчики -
Неодолимый перед ними рубикон.
На Брайтон-бич на всех нежданно налетела
Девятым валом наша "третяя волна".
Открыли лавочки,
А в них - булавочки,
Булавка всякому прохожему нужна.

Сижу на "вэлфере"3 как царь на именнинах,
Нигде работать не желаю, не хочу.
Мне жить так нравится,
Дела поправятся,
И я в Лас-Вегас на рулетку полечу!
Мне бабы нравятся с фигурою Венеры,
Там если щупаешь, то знаешь: маешь вещь!
Но девки плотные
Сидят голодные,
Хотят фигуру сделать тощую как лещ!

А над Гудзоном журавли не пролетают,
Зато летят в Нью-Йорк большие корабли.
Дышать свободою,
Пить виски с содою
Сюда бежит народ со всей большой Земли,
Дышать свободою,
Пить виски с содою
Сюда бежит народ со всей большой Земли.
Вилли Токарев- Над Гудзоном

[Александр]

А над Гудзоном тихо тучи проплывают,
В Нью-Йорке вечер наступает, как всегда.
Без денег вечером
Здесь делать нечего,
Здесь денег стоит даже чистая вода!
А над Нью-Йорком звезды низко опустились
И "Чайна-таун"1 узкоглазыми кишит.
Ботинки с рантиком,
А шляпа с бантиком -
Турист пожрать туда как бешеный спешит.

А в темноте "Свободу" видно даже лучше,
"Импайрент-билдинг" зажигает огоньки.
И на Бродвейчике
Свои еврейчики
Избавят быстро вас от скуки и тоски!
А по Бродвею ходят люди-ротозеи,
Они как правило при шляпе и в пенсне.
Наклончик в сторону,
Карманчик вспоротый -
И я в Атлантик-сити еду с портмоне.

Я "Гренедж-виладж" очень сильно обожаю -
Там "голубые" жизнь кайфовую ведут.
Всегда приметные,
Всю жизнь бездетные,
И на аборты эти дяди не идут!
В Центральном парке, как в садах Семирамиды,
Он просто чудо - невозможно передать!
Но только вечером
Там делать нечего,
Зайдешь туда - тебе Нью-Йорка не видать!

Здесь летом людям, даже черным, очень жарко,
И город делает себе большой стриптиз.
А наша Риточка
Прикрылась ниточкой -
И всем мужчинам предлагает: "Тейк ми, плиз!"2
А почему Нью-Йорк зимой и летом желтый?
А потому что очень много в нем такси!
А в них мясистые
Сидят таксисты, е,
По-русски ботают, кого ты не спроси.

Здесь пистолеты применяют вместо слова
И наплевали на придуманный закон.
Седые мальчики
Кусают пальчики -
Неодолимый перед ними рубикон.
На Брайтон-бич на всех нежданно налетела
Девятым валом наша "третяя волна".
Открыли лавочки,
А в них - булавочки,
Булавка всякому прохожему нужна.

Сижу на "вэлфере"3 как царь на именинах,
Нигде работать не желаю, не хочу.
Мне жить так нравится,
Дела поправятся,
И я в Лас-Вегас на рулетку полечу!
Мне бабы нравятся с фигурою Венеры,
Там если щупаешь, то знаешь: маешь вещь!
Но девки плотные
Сидят голодные,
Хотят фигуру сделать тощую как лещ!

А над Гудзоном журавли не пролетают,
Зато летят в Нью-Йорк большие корабли.
Дышать свободою,
Пить виски с содою
Сюда бежит народ со всей большой Земли,
Дышать свободою,
Пить виски с содою
Сюда бежит народ со всей большой Земли.
Вилли Токарев- Над Гудзоном

[Александр]

Нам бы, нам бы, нам бы, нам бы всем на дно, там бы, там бы, там бы, там бы пить вино.
Там под океаном ты трезвы или пьяны - не видно все равно.
Припев:
Эй, моряк, ты слишком долго плавал, я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол, его хочу любить.

С якоря сниматься, по местам стоять, эй, на румбе, румбе, румбе так держать!
Дьяволу морскому свезем бочонок рому, ему не устоять.
Припев:
Эй, моряк, ты слишком долго плавал, я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол, его хочу любить.

Нам бы, нам бы, нам бы, нам бы всем на дно, там бы, там бы, там бы, там бы пить вино.
Там под океаном ты трезвы или пьяны - не видно все равно.
Припев:
Эй, моряк, ты слишком долго плавал, я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол, его хочу любить.

Эй, моряк, ты слишком долго плавал, я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол, его хочу любить.
Его хочу любить.
Эй, моряк- Валентина Легкоступова

[Александр]

Это было или не было в Сибирских краях,
Шёл пацан с охоты, как-то домой.
Вдруг волчонка он увидел в придорожных кустах,
Рядом с матерью, волчицей седой.
Тот скулил и дёргал матери пустые соски,
А под ней кипела кровью земля!
Взял пацан, его тогда из непокорной тайги,
У него теперь другая семья.
Целый год, его лечил он, а вернее её
Всё, что имел, пополам с ней делил.
Сколько волка не корми, возьмёт природа своё
И весной, её он в лес отпустил.

Шёл ему, тогда всего лишь девятнадцатый год,
Небом синим, отражалось в глазах.
Он лежал, а над ущельем душу рвал пулемёт
И сошлись лоб в лоб Господь и Аллах!
«Духи» шли и добивали его лучших друзей,
Ждал когда дойдёт черёд до него.
Словно резали под горло, молодых лебедей,
Он увидел над собою её.

И подумал: «Смерть пришла, чуть раньше, чем ожидал…
На каких-нибудь пятнадцать шагов…»
Он примерно представлял её звериный оскал,
Острые, как штык, ножи от клыков.
Маме он сказал: - «Прости!», а девчонке: - «Прощай!»…
И душою провалился во мглу…
А волчица потащила то ли в «Ад», то ли в «Рай»
Его тело, по камням за скалу.

Сколько времени прошло, теперь не скажет никто,
Всё мелькало перед ним как в бреду.
Она звёздными ночами согревала его,
Рядом с ним ложилась спать на снегу.
Он отчётливо услышал, вдалеке гул брони
И вертушек, барабанную дробь.
Еле слышно прохрипел волчице: - «Это свои…»
И как мать, поцеловал её в лоб.

А когда он всё дальше, прошагал всю «Чечню»
И вернулся в край родной, наконец.
Сторонил он дома «Батю» и «Маманю» свою,
С другом, девушка ушла бод венец.
Поселился он у леса, в самой крайней избе,
Говорили люди, что в тот же год…
Одинокая волчица появилась в тайге,
Как учуяла самца своего.
Его именем гордился показательный полк,
Зря тайгу чесал отряд егерей.
Он исчез, но знаю я, что ушёл старый волк
С одинокою волчицей своей!
Волчица- Катя Огонёк

[Александр]

Песня Дуремара (муз. А.Рыбникова, сл. Ю.Энтина)
О птичках поёт птицелов,
О рыбках поёт рыболов,
А я о пиявках пою,
За денежки их продаю!
Принимаются заявки
На лечебные пиявки
От бронхита, тонзилита,
От печёнки, селезёнки,
От полипа и от гриппа
Помогут вот эти козявочки -
Мои дорогие, мои дорогие,
Весьма дорогие пиявочки.
Припев:
Но от жадности, ква-ква,
И от скупости,
И от подлости, ква-ква,
И от глупости,
И ещё от хвастовства,
Ква-ква-ква да ква-ква-ква,
Не поможет твой товар,
Злой противный Дуремар.

Поёт о цветах цветовод,
О пчёлках поёт пчеловод,
А я пиявках пою,
За денежки их продаю!
Ликвидируют пиявки
И прыщи и бородавки.
От икоты и зевоты,
Ожиренья, облысенья,
Слепоты и глухоты
Помогут вот эти козявочки -
Мои дорогие, мои дорогие,
Весьма дорогие пиявочки!
Припев.
Но от жадности, ква-ква,
И от скупости,
И от подлости, ква-ква,
И от глупости,
И ещё от хвастовства,
Ква-ква-ква да ква-ква-ква,
Не поможет твой товар,
Злой противный Дуремар.

[Александр]

Есть на Украине рыба Барабулька
Салом и горилкой полны закрома
Хрюшки и галушки Ющенко и Юлька
Тикы там нет газа и бабла нэма.
А земля России мучается с газом
Но его не хочет даром отдавать
Потому без спросу не моргнувши глазом
Юлька научилась вентиль открывать.
Припев
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ.

Только по причине этого отсоса
Затряслась Европа словно холодец
И бросая взгляды на Россию косо
Ощутила задом собственный конец.
Юлька-красатулька, бублик по затылку
В локоны вплетённый, словно кренделёк.
Лучше б ты сосала сало и горилку
А не наш транзитный голубой поток
Припев
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ.

Проучить бы Юльку, егозу такую
Что б не воровала углеводород
Только не пустили в сторону другую
Повернуть и вставит наш трубопровод.
припев
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ.
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ
За Юлькой нужен глаз, да глаз
Она сосёт Российский газ.
Она сосёт Российский газ.
Она сосёт его у нас.
Стоматолог & Фисун и Роман Трахтенберг- Газовая песня